Бендукидзе уехал, а Миклош остался. Чем опасна реформа Яресько

Сегодня в Украине есть два варианта налоговой реформы, которые конкурируют между собой — это предложение Министерства финансов и предложение Комитета Верховной Рады по вопросам налоговой политики под руководством Нины Южаниной. На днях на портале ЛІГА.net вышел материал «Война миров: налоговая реформа как театр абсурда». В нем словацкий реформатор Иван Миклош, проработавший в Украине 9 месяцев рассказал, что думает о происходящем. Он считает, что сам факт существования альтернативного предложения, поданного членами парламента, представляющих провластную коалицию, является нестандартным и ненормальным. Сегодня мы публикуем мнение противоположной стороны.

1 сентября 2014 года в Украинском доме Иван Миклош, бывший министр финансов Словакии, выступал вместе с Микулашем Дзуриндой, бывшим премьер-министром Словакии, с лекцией «Программы реформ в Украине «, организованной Киевской школой экономики (KSE).

Я сидел в зале и зачарованно слушал этих реформаторов. Иван Миклош говорил, как они в Словакии меняли чиновников-коррупционеров на молодых талантливых людей. Он говорил, что если есть политическая воля — можно осуществить любые перемены, невзирая на несоответствие этих перемен текущему законодательству.

И вот прошел год. То ли сам Миклош изменился, то ли наше общество так быстро пробежало дистанцию последнего года — но сегодня это совсем другой человек, не осуждающий консервативный государственный аппарат, с которым он боролся в своей стране, а ставший на его защиту.

Попробую ответить на те обвинения, которые выдвинул в адрес гражданского общества экс-министр в статье «Война миров: налоговая реформа как театр абсурда».

Описывая ситуацию с двумя вариантами налоговой реформы, Иван говорит: «Сам факт существования альтернативного предложения, поданного членами парламента, представляющих провластную коалицию, является нестандартным и ненормальным».

Отвечу от лица авторов альтернативного предложения. Если бы мы видели пришедших к власти реформаторов, стремящихся преобразовать страну, мы с радостью поддержали бы их начинания. Но у власти остались те же, кто был до Майдана, и методы их борьбы с собственным народом остались те же. Поэтому Бендукидзе уехал.

Правительство не думает о благе страны, о благе граждан, и неправительственным организациям приходится эту функцию взять на себя.

Коррупция — это использование служебного положения в личных интересах. Назовите мне фамилию хоть одного министра, который сегодня действует в интересах общества. Таких нет.

А что делается по укреплению экономической мощи нашей страны? Бесконечная вереница уголовных дел против предпринимателей, обыски, штрафы, судебные иски. И вся эта фискально-милитаризованная махина пишет для нас реформы. Посмотрите хотя бы на закон о службе финансовых расследований. Это попытка реинкарнации налоговой милиции в самом худшем виде.

Какова цель этого полувоенного налогового аппарата? Никогда я не слышал, чтобы целью объявлялось процветание граждан. Основная цель — сбалансировать бюджет, получить финансирование от МВФ, получить донорскую помощь, распределяемую через министерства.

А где здесь люди? Где Украина?

Выступления Миклоша сегодня — это оправдание правительственного dolce far niente — сладкого ничегонеделания, заключенного в таблицы непрерывного роста по 2-4% в год и достижения призрачного блага в 2040 году. Для общества такая стратегия абсолютно неприемлема.

Почему мы думаем, что концепция Минфина ничего не меняет:
1) ставки налогов. Суммарное налоговое давление, которое является основной причиной существования теневой экономики, увеличивается. Мем «ставки не важны» повторяется, как заклинание. Но если вы спросите малый бизнес, почему он в тени, услышите два ответа: непомерные налоги и бриллиантовые прокуроры;
2) администрирование. Если ставки не важны, а важно администрирование, то как объяснить тот факт, что Минфин, имея все полномочия, не прекратил и не делает никаких попыток прекратить геноцид предпринимательства силовыми структурами? Не говорит ли это о том, что этого нет в его намерениях?
3) закрытость. Налоговый кодекс Минфина держится в секрете, а, значит, есть риск, что он будет продавлен в парламенте без обсуждения, как и в декабре 2014 года вместе с бюджетом, о чем не стесняясь говорит наш премьер-министр.

Сразу возникает вопрос — какова цель этой имитации? У меня ответ один — ничего не менять. Эти три причины — закрытость, увеличение налогового давления, сохранение силового выбивания налогов — заставляют нас, представителей гражданского общества, не доверять правительству и самим взяться за реформирование страны.

Сегодня в Украине сложилась ситуация, когда двум сословиям нашего общества выгодно ничего не менять. Во-первых, это высшему руководству страны, потому что они долго шли по политическим ступенькам и, наконец, достигли вершины. И ни война, ни нищета не могут их заставить прекратить процесс наслаждения победой и начать процесс необходимых обществу изменений.

Второе сословие — это крупный бизнес. Это как раз те, кому «ставки не важны». Им не хватает спокойствия, но кардинальных перемен им не нужно.

Вот для этих двух сословий делается имитация реформы: мы все оставляем, как есть, кто не платит налогов — позор, а единый налог — это просто обнал. На воровство НДС закрываем глаза, убытки госпредприятиям прощаем, а вот МАФы и ФОПы надо ликвидировать.

Что предлагает второй вариант?

Идеология законопроекта 3357, который зарегистрировал комитет ВР и который создан с участием общественных организаций, совершенно другая. Авторы ставят такие цели — покончить с бедностью, достичь постоянного экономического роста, уменьшить роль государства в экономике. В основе перемен — экономическая свобода. Для этого предлагается:

1) улучшение бизнес-климата, так называемого администрирования:
а) ликвидация налоговой милиции;
б) ликвидация районных налоговых инспекций, радикальное сокращение штата сотрудников ДФС;
в) переход на документооборот исключительно в цифровом виде, внедрение электронного кабинета налогоплательщика;
г) возмещение НДС по очереди, кто первый подал, тот первый и получает;
д) персональная ответственность госслужащего за причиненный ущерб;

2) снижение налоговой нагрузки до уровня, который позволяет экономике расти. Размеры ставок должны быть такими, как были в Европе, Азии в то время, когда экономики этих стран развивались динамично. Бессмысленно ориентироваться на сегодняшний уровень налогов в Европе. Уровень жизни в ЕС $50 тыс на душу населения, тогда как в Украине уже упал до $1,7 тыс. Авторы законопроекта 3357 нацелены на рост не менее 10% в год. Нас вдохновляют Грузия, Эстония, Южная Корея, Сингапур. Они смогли — и мы сможем. К тому же, низкие ставки будут способствовать постепенной детенизации;

3) и главное, что есть в радикальной налоговой реформе — это налог на распределенную прибыль, который в корне меняет инвестиционный климат в стране. Теперь предпринимателю не надо думать в конце отчетного периода, куда ему гнать деньги — в офшор, по схемам — заработанные средства могут спокойно лежать на счету или инвестироваться и реинвестироваться в нашу экономику. Налог на прибыль — ноль. И только при выводе денег, при распределении прибыли, платится налог. Такая система позволила Гонконгу стать рекордсменом по привлечению инвестиций. Эстония с такой системой обогнала Литву и Латвию в 4 раза по инвестициям на душу населения. И мы сможем.

Основной аргумент против альтернативной налоговой реформы — риск дефицита бюджета. Миклош говорит: «Регистрация и обнародование проекта налоговой реформы, следствием которой станет фискальный разрыв в размере 200 млрд грн, без каких-либо компенсационных мер».

Да, авторы общественной концепции считают, что советский подход к формированию бюджета, когда к сумме предыдущего года добавляется сумма пожеланий министров, должен быть оставлен в прошлом.

Необходимо выделить те статьи, которые мы не можем не финансировать. Это прежде всего армия, пенсионеры и бюджетники — так называемые защищенные статьи. У нас в бюджете таких затрат набирается 660 млрд. Налоговая концепция 3357 собирает в бюджет 710 млрд без учета детенизации. Этого вполне хватает, но есть еще и страховка.

Какие у нас есть дополнительные резервы?
1) инфляционный «хвост» — поступления в бюджет в 2016 году будут расти в связи с ростом цен, а затраты бюджета останутся номинальными и будут индексироваться позже. Эксперты оценивают эту подушку в 120-180 млрд;
2) оставшиеся на руках средства от уменьшения налогов 150-200 млрд грн создадут дополнительное поступление НДС в размере 45-50 млрд;
3) МВФ готов финансировать дефицит бюджета в размере 3,7%ВВП, что составляет около 70 млрд;
4) уже полученные от МВФ средства находятся на казначейских счетах — 40 млрд грн;
5) разрекламированные системы НДС-счетов и ProZorro должны были дать по 50 млрд каждая;
6) недополучение импортного НДС от контрабанды оценивается в 160 млрд грн.

И мы еще не говорим о приватизации, об инвентаризации социальных фондов, о едином реестре льготников, о четырех ненужных академиях наук и пр.

Все это позволяет провести быструю радикальную реформу и подтолкнуть все остальные ведомства к сокращению своих бюджетов. Напомню, что программой правительства предусмотрено снижение расходов бюджета на 10% ВВП в 2015 году, что составляет 183 млрд грн. Поэтому непонятно обвинение в адрес комитета в популизме — правительству просто надо выполнить свои обязательства.

Общество готово к радикальным изменениям не только в налоговой сфере. Мы по всем параметрам обогнали наше правительство. И радикальная налоговая реформа — это шанс для Украины догнать развитые страны в обозримом будущем. Без сильной экономики не будет и сильной армии, ни достойных пенсий, ни современных образования и медицины.

Налоговая реформа Южаниной не сокращает расходы на пенсии, медицину, армию и здравоохранение. Реформа дает возможность и шанс реформироваться. Надеюсь, что те группы, которые работают над соответствующими реформами, займут такую же активную позицию, как налоговая коалиция неправительственных организаций, как нас называет Иван Миклош.

Источник

Павел Себастьянович, координатор группы Налоги, гражданская платформа Нова Країна


Комментарии:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.